7-15 маяVI Форум прошел в Доме кино Союза кинематографистов России. Помимо основной программы нового кино постсоветского пространства форум предложил вниманию гостей и участников две ретроспективы: «Жизнь коротка, или 30 лет украинских шестидесятников» и «Кинопоэт из Литвы» (фильмы Шарунаса Бартаса).
В рамках форума состоялись две важные дискуссии: «Встреча поколений: мастера о молодых, молодые о мастерах» и круглый стол, завершавший ретроспективу «Кинопоэт из Литвы».
Дискуссию «Встреча поколений: мастера о молодых, молодые о мастерах» вел киновед Кирилл Разлогов. В ней принимали участие Михаил Швыдкой, Рустам Ибрагимбеков, Андрей Халпахчи (Президент киевского МКФ «Молодость»), ректор Высших Курсов Сценаристов и Режиссеров Андрей Герасимов и многие другие.
Фрагменты выступлений: Михаил Швыдкой:
«Если говорить о молодых и взрослых кинематографистах, то ситуация сейчас несколько иная, чем была 10, 15, или 20 лет назад. Молодые кинематографисты совершенно спокойно зарабатывают на жизнь не в кинематографе. Сегодня типичный для России случай, когда многие кинематографисты работают на телевидении, и для них конвейерное телевизионное производство знакомо больше, ориентируются они в нем лучше, чем кинематографисты старшего поколения. Кто делает всю клиповую продукцию? – молодые кинематографисты. Проблема в том, удастся ли от этого клипового сознания оторваться? И очень трудно работать на телеязыке, а потом вырваться в кинематографический язык. Проблема серьезна еще и тем, что телевидение многие вещи примитизировало. Это произошло и в игровом, и в неигровом кино, к сожалению. То, что телевидение часто выдает за кино, таковым не является. Это насущная эстетическая проблема, и о ней, конечно, нужно говорить. Телевизионные программы не являются документальным кино – а их часто именно так величают. Сериалы снимаются совершенно иначе, чем кинематограф.
Молодые кинематографисты достаточно прагматичны, но абсолютно понятно почему. Их нельзя обвинить: им надо есть, кормить семью и одеваться. Они овладели экономической и эстетической ситуацией. Я считаю, что конфликта между поколениями нет, на самом деле. Проблема в том, что нет конфликта, а не в том, что он существует. Одна из проблем вообще художественной жизни России состоит в том, что никаких эстетических конфликтов нет. И это сегодняшняя реальность. Всем есть место, каждый находит свою нишу, у всех есть своя публика, свои олигархи за спиной. Существует возможность быть сюрреалистом, соцреалистом, натуралистом, авангардистом – нет конфликтов. Есть издатели, которые издают книги тиражом 500 экземпляров, и о них положительно пишет критика, а есть писатели, которые издают свои книги миллионными тиражами, и их ругают, и о них не пишет критика. Для всего находится свое место и свой сбыт. Вот это и приводит к такому, я считаю, вяловатому, дряблому состоянию. Вот эта проблема – самая серьезная, потому что она общая и для старших, и для младших, и для средних. Бороться можно только с собой или с господом Богом. Все! Других объектов для конфликтов нет. Можно бороться за публику, но это уже совсем другая история. Я считаю, что одна из проблем сегодняшнего российского кинематографа состоит в том, что он игнорирует публику. Это проблема серьезная». Андрей Герасимов:
«Проблема все равно есть, потому что обучение становится все более коммерческим. Национализация представляет некоторое препятствие для вхождения талантливых людей в обучающие структуры. Но мы стараемся это преодолевать, изыскиваем возможности получения грантов, чтобы не пропустить таланты». Рустам Ибрагимбеков:
«Основная задача, как мне кажется, искусства – это поддержать в человеке человечность. И в этом смысле деятельность искусства связана с его совмещенностью с окружающей нас реальностью. И тут у нас конфликт не столько между поколениями, а то, что мы по разным причинам эту действительность не понимаем. Старшее поколение не понимает, потому что оно выросло в совершенно других исторических обстоятельствах и как бы само зачеркнуло свою жизнь. Так или иначе, призналось в том, что оно существовало, развивалось в некоем тупиковом направлении и как бы само себя предало и обмануло, отказавшись от всего. А те, кого мы называем молодыми, им сейчас лет 30-35, они себя справедливо считают обманутыми. Потому что им 20 лет втолковывали одно, а рухнуло все. В связи с этим мы пытаемся как бы инерционно опираться на те нравственные идеалы, которые у нас существовали, но никак не можем их соотнести с реальностью окружающей. А молодые не хотят этого делать вообще, поскольку они, вольно или по нашей вине, циничны, справедливо циничны – потому что все, что им внушалось как главные духовные ценности, себя не оправдало».
Круглый стол, посвященный творчеству литовского режиссера Шарунаса Бартаса, вел киновед Андрей Плахов.
Фрагменты дискуссии:
Андрей Плахов:
Все-таки интересно узнать, как Вы начинали как кинематографист, когда вы учились и уходили в мир кино. Были ли у Вас какие-то сильные впечатления, связанные с кинематографом, которые Вас как-то потрясли, или пронзили, или просто помогли Вам как-то понять, почувствовать этот мир и у Вас возникло желание войти в него?
Шарунас Бартас:
Если говорить конкретно, то первое такое впечатление связано с Балаяном. Мне тогда было 15 лет. Мы в очередной раз пошли в клуб, где показывали его картину. В первый раз меня кино пронзило. (Плахов: «Полеты во сне и наяву»?) Да, хотя я не собирался ничего подобного смотреть – мы тогда не знали, что это такое. Шли разные картины – то, что привозили. Я помню, что вышел потрясенным.
Сурен Асмикян:
Простите, но по стилистике Вы совершенно не схожи с Балаяном. Речь идет не о человеке, а именно о кино.
Шарунас Бартас:
Я самого Балаяна тогда не видел. Это был киноконтакт. Я жил тогда в деревне, черт знает где. Я совершенно не собирался снимать кино. Это было человеческое впечатление о кино. Я тогда почувствовал Балаяна через его картину. При чем тут стилистика? Можно сделать что-то похожее, если решишь сделать фильм в такой стилистике. Но это, как правило, получается умышленно. Я не думаю, что Балаян картиной «Полеты во сне и наяву» хотел умышленно стилистически воздействовать на чувства человека. Это вряд ли.
Потом были другие люди. Тарковский, про которого я тоже тогда даже ничего не слышал. Случайно, ночью, забрел на «Солярис». И мне захотелось узнать, кто сделал этот фильм».
ИГРОВОЕ КИНО«Взлет» Казахстан-Кыргызстан, 2002 г.
сц. и реж. Марат Сарулу «Волшебная флейта» Латвия, 2001 г.
сц. Илмарс Блумбергс, Виестурс Кайриш
реж. Виестурс Кайриш «И была ночь…» Россия, 2001 г.
сц. Елена Жигаева, Дмитрий Ланчихин
реж. Елена Жигаева «Избранник» Молдова-Румыния, 2001 г.
сц. и реж. Александр Лозовский «Маленькое путешествие на большой карусели» Украина, 2002 г.
сц. и реж. Михаил Ильенко «Мама» Узбекистан, 2001 г.
сц. и реж. Бохадыр Одилов, Зульфикар Мусаков «Не плачь!» («Жылама») Казахстан, 2002 г.
сц. Амир Каракулов, Е. Гордеева, Р. Байгужаева
реж. Амир Каракулов «Подмосковная элегия» Россия, 2002 г.
(по мотивам пьесы Михаила Козакова)
сц. Юрий Петров
реж. Валерий Ахадов «Последняя роль» Молдова, 2002 г.
сц. Штефан Буликану, Андрей Солонарь
реж. Штефан Буликану «Прикованный» Россия-Беларусь, 2002 г.
сц. Владимир Валуцкий, Валерий Рыбарев
реж. Валерий Рыбарев «Река» Россия, 2002 г.
(по рассказу Вацлава Серашевского)
сц. Эвер Паязатян, Алексей Балабанов
реж. Алексей Балабанов «Случайная встреча» Азербайджан, 1999 г.
сц. Нармина Кулиева
реж. Шамиль Алиев «Тайна Чингисхана» Украина, 2002 г.
сц. Владимир Савельев, Иван Драч
реж. Владимир Савельев «Танец мужчин» Узбекистан, 2002 г.
сц. Эркин Экзамов, Юсуп Разыков
реж. Юсуп Разыков «Томого» Кыргызстан, 2001 г.
сц. и реж. Дальмира Тилепбергенова «Украинские баллады» Украина, 2002 г.
сц. и реж. Александр Коротенко, Лариса Артюгина «Цветы из Голландии» Грузия, 2001 г.
сц. и реж. Майя Бурдули «Чисто казахская история» Казахстан, 2002 г.
(по повести С. Аманзханова «Мой дядя, мой отец, мой дед…»)
сц. и реж. Дамир Манабай «Шум ветра» Украина, 2002 г.
сц. и реж. Сергей Маслобойщиков
итого 18 фильмов 2001-2002 г. ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ КИНО «Альгамбра» Кыргызстан, 2001 г.
сц. и реж. Эрнест Абдыжапаров «Ану Рауд – орнаменты жизни» Эстония, 2002 г.
сц. и реж. Марк Соосаар «Где это все начинается» Латвия, 2001 г.
сц. и реж. Антра Цилинска «Другой Арнольд» Эстония, 2002 г.
сц. и реж. Лийв Урмас Ээро «Есть такая мать» Азербайджан, 2002 г.
сц. Вугар Иса оглы Тандыглы
реж. Али-Иса Джаббарой Ханлар оглы «Жизнь Венециуса и смерть Цезаря» Литва, 2002 г.
сц. и реж. Янина Лапинскайте «Извините, что живу» Россия, 2002 г.
сц. и реж. Алексей Погребной «История одной любви» Казахстан, 2002 г.
сц. Сергей Азимов, Карлыгаш Алпызбаева
реж. Сергей Азимов, Асет Ерназаров «Ла палома» Эстония, 2002 г.
сц. и реж. Марк Соосаар «Любовь небесная» Украина, 2001 г.
сц. Сергей Тримбач
реж. Юрий Терещенко «Лекарь лошадей» Узбекистан, 2001 г.
сц. и реж. Туренияз Калымбетов «Мардикор» Россия-Таджикистан, 2002 г.
сц. и реж. Майрам Юсупова «Мы живем на краю» Беларусь, 2002 г.
сц. и реж. Виктор Аслюк «Пассажиры из минувшего столетия» Украина, 2001 г.
сц. и реж. Виктор Олендер «Просто жизнь» Россия, 2002 г.
сц. и реж. Марина Разбежкина «Тайна соловья» Эстония, 2001 г.
сц. и реж. Рейн Маран «Три Б» («Нехрестоматийные портреты») Россия, 2002 г.
сц. и реж. Евгений Потиевский «Улица Николая в Пярну» Эстония, 2001 г.
сц. и реж. Марк Соосаар «Учительница в Сибири» Эстония, 2001 г.
сц. и реж. Хейни Друи «Цветы отчизны» Эстония, 2001 г.
сц. и реж. Яак Килми, Андрес Маймик
20 фильмов 2001-2002 г. АНИМАЦИОННОЕ КИНО«Леталка» Россия, 2001 г.
сц. А. Усачев
реж. Элла Авакян «Похититель цвета» Россия (ВГИК), 2001 г.
сц. Олег Сироткин, Инга Коржнева
реж. Инга Коржнева «Евстифейка-волк» Россия, 2001 г.
сц. и реж. Олег и Елена Ужинова «Аль-Фатиха, мусульманская молитва» Россия, 2001 г.
сц. Наталья Багина
реж. Станислав Соколов «Дворик безмолвия» Россия, 2001 г.
сц. и реж. Андрей Денисенко «Аркадия» Россия, 2001 г.
сц. и реж. Владислав Байрамгулов «Букашки» Россия, 2002 г.
сц. и реж. Михаил Алдашин «Признаки разумной жизни» Армения, 2001 г.
сц. и реж. Роберт Саакянц «По мотивам одноименного произведения Д. Хармса» Украина, 2001 г.
сц. и реж. Александр Черкасский «Светлая личность» Украина, 2001 г.
реж. Олег Педан «Коты» Латвия, 2002 г.
сц. Марис Путниньш
реж. Даце Ридузе «Необычные рижане» Латвия, 2001 г.
сц. Илзе Скрастиня
реж. Розе Стиебра «Кусок пирога» Латвия, 2001 г.
сц. и реж. Розе Стиебра «Национальный герой» Латвия, 2001 г.
сц. Элита-Франциска Красонс
реж. Рута Мезавилка «Итальянская опера в Тбилиси» Грузия, 2001 г.
сц. Ираклий Махарадзе, Шадиман Чавчавадзе
реж. Ираклий Махарадзе «Музыкант-чародей» Беларусь, 2001 г.
сц. и реж. Елена Турова «Переоценка ценностей» Беларусь, 2002 г.
сц. и реж. Татьяна Житковская «Почти вампир и ребенок» Литва, 2002 г.
сц. Элигия Валадкявичюте
реж. Ниеле Валадкявичюте «Мать рода Жемантийского» Литва, 2002 г.
сц. Альгирдас Селенис
реж. Альгирдас Селенис, Аурика Селенене «Вчерашняя машина» Эстония, 2000 г.
сц. и реж. Микк Ранд, Калью Киви «Петка-чучело» Эстония, 2001 г.
сц. Маргит Лиллак, Яанус Оргусаар
реж. Маргит Лиллак «ГУФ – кафедра для нерожденных душ» Эстония, 2001 г.
сц. Елена Гирлина, Денис Полубояров
реж. Елена Гирлина «Романс» Эстония, 2001 г.
сц. и реж. Каспар Янцис «Женщина-лисица» Эстония, 2002 г.
сц. и реж. Тендер Прийт «Алпомыш» Узбекистан, 2002 г.
сц. и реж. Назим Туляходжаев
25 фильмов 2000-2002 г. СПЕЦИАЛЬНЫЙ ПОКАЗ ФИЛЬМОВ, ПОСВЯЩЕННЫЙ ДНЮ ПОБЕДЫ«Отец солдата» СССР, «Грузия-фильм», 1964 г.
сц. Сулико Жгенти
реж. Резо Чхеидзе «Невестка» СССР, «Туркменфильм», 1972 г.
сц. Ходжакули и Ходжадурды Нарлиевы
реж. Ходжакули Нарлиев ЖИЗНЬ КОРОТКА: 30 ЛЕТ УКРАИНСКИХ ШЕСТИДЕСЯТНИКОВ
ретроспектива«Тени забытых предков» СССР, к\ст. им. Довженко, 1964 г.
сц. Сергей Параджанов, И. Чендей
реж. Сергей Параджанов «Комиссары» СССР, к\ст. им. Довженко, 1969 г.
сц. Борис Тарасенко, Николай Мащенко
реж. Николай Мащенко «Долгие проводы» СССР, Одесская к\ст., 1971 г.
сц. Наталия Рязанцева
реж. Кира Муратова «Белая птица с черной отметиной» СССР, к\ст. им. Довженко, 1971 г.
сц. Юрий Ильенко, Иван Миколайчук
реж. Юрий Ильенко «Бирюк» СССР, к\ст. им. Довженко, 1977 г.
сц. Роман Балаян, Иван Миколайчук
реж. Роман Балаян «Ночь коротка» СССР, к\ст. им. Довженко, 1981 г.
сц. Михаил Беликов, Владимир Меньшов
реж. Михаил Беликов «Грачи» СССР, к\ст. им. Довженко, 1982 г.
сц. Рамиз Фаталиев при участии Константина Ершова
реж. Константин Ершов «Хромые внидут первыми» СССР, «Эксперимент»(Одесса), 1993 г.
сц. и реж. Михаил Кац
КИНОПОЭТ ИЗ ЛИТВЫ
ретроспетива фильмов Шарунаса Бартаса«В память ушедшего дня» (док.) Литва, 1990 г.
сц. и реж. Шарунас Бартас «Дом» Литва-Франция-Португалия, 1997 г.
сц. Шарунас Бартас, Катерина Голубева «Три дня» Литва, 1991 г.
сц. и реж. Шарунас Бартас «Коридор» Литва-Германия, 1995 г.
сц. и реж. Шарунас Бартас «Нас немного» Литва-Франция-Португалия-Германия, 1996 г.
сц. и реж. Шарунас Бартас
Пресса о форуме Потустороннее где-то рядомМолчаливое кино Шарунаса Бартаса в Москве В Москве проходит VI Форум кинематографий стран СНГ и Балтии. После распада единого культурного пространства Союза каждый регион сам ищет новые пути – к новому кино. При всем внешнем разнообразии стилей и тем очевидны магистрали развития. Два самых актуальных эстетических полюса: натурализм и поэтичность.  Натурализм – забубенный, с грязью, копотью, кровоподтеками, гноем и рухлядью. Поэтичность – радикальная, с плотным слоем метафор, с суггестивным ритмом, с мистикой. Когда оба полюса так или иначе встречаются в пределах одного фильма, возникает дополнительное напряжение. Так, в киргизском «Томого» Дальмиры Тилепбергенговой одинокий старик (Болот Бейшеналиев) ловит птиц на продажу и пленному соколу надевает на глаза специальный шлем, чтобы тот не мог ориентироваться в пространстве. Получается мрачная притча о том, почему птицы не летают, как и люди. Переизбыток же поэзии грозит заслонить собой реальную картину мира. Однако тягаться с ней в емкости умозрительных образов не может. Это ярко продемонстрировали украинские картины «Украинские баллады» Александра Коротенко и Ларисы Артюгиной и «Шум ветра» Сергея Маслобойщикова. Первый видеопроект представил сладкие и цветистые зарисовки из современной жизни в аранжировке из народных украинских песен. Оптимистичный лиризм фильма вызывал ассоциации с разбавленной «светлухой» 70-х годов на советском ТВ. «Шум ветра», наоборот, погрузил зрителей в беспросветную пучину, именуемую поисками смысла жизни. Компания выпивающих и разглагольствующих людей расположилась на пикник. Кругом зеленый лес, живописное болото и романтические лошади для верховой езды в состоянии душевного кризиса. На подстилке – пластмассовые одноразовые стаканчики и вино. Страдай – не хочу. И герои усиленно страдают. Ребенок убегает из дома, взрослые выясняют отношения и предлагают аудитории гадать, кто из них являет собой большую метафору Сомнений, Призрачности счастья или Женского начала. Фильм использует многие лейтмотивы авторского кино второй половины XX века, но реанимировать их нервные ткани режиссеру так и не удается.  Молчаливый симбиоз натурализма и иррациональности достигнут литовским режиссером Шарунасом Бартасом, чья ретроспектива стала одним из центральных событий форума. Это кино не предназначено для сколько-нибудь широкой аудитории. Думать о фильмах Бартаса гораздо проще, чем их смотреть. Если литовский театр в лице Эймунтаса Някрошюса представляет избыточно многосложную эстетику, то у Бартаса национальные традиции гипнотизируют минимализмом выразительных средств. «В память ушедшего дня» - документальный фильм о бытие города. Люди в нем просто являются его частью. Поэтому режиссер рассказывает не о них, а о том, как они взаимодействуют с улицами, домами, природой и житейской утварью. В каждую ситуацию, в каждую мизансцену и даже сам набор предметов режиссер закладывает надбытовое содержание. И чем дольше камера зависает на одном месте, тем по логике такого стиля этого содержания должно накопиться больше. Время наращивает смысл. Время копает вглубь, во внутреннюю суть вещей. Инвалид долго пытается преодолеть на своих колесиках выщербленный порог. Чем дольше нам это показывают, тем очевиднее должно быть, что это метафора отношений человека с внешним миром. Мир большой и неудобный. Человек слабый и несчастный. И так будет всегда. Старик долго раскладывает ноты, чтобы наполнить все пространство города музыкой. Чем дольше он готовится, тем сильнее этот рабочий процесс тяготеет к сакральному ритуалу. Полунищий поправляет ниточки своей куклы-марионетки. Кукла вздрагивает и непроизвольно пошевеливается, как одушевленное существо. Это и есть ее настоящая жизнь. А когда хозяин управляет куклой на улице, для публики, это уже только имитация жизни и показуха. Грустно, что процесс оживания – столь сокровенная вещь, что его нельзя превращать в представление. Но таков один из законов бытия, с которым не очень-то поспоришь. В художественной картине Бартаса «Нас немного» девушка с внешностью топ-модели (Катерина Голубева) попадает в дикую местность Саян. На этих просторах человек не может быть главным. Движение заходит в кадр, распространяется внутри и постепенно уходит куда-то прочь. А кадр стоит себе на месте, как молчаливый постовой, который может смотреть только в одном направлении и не имеет права пошевельнуться. Так смотрят пустота и вечность на убывающее время чьей-то жизни. Вдруг с ненормальной силой заколышутся высокие сосны – Тарковский предпочитал проделывать такое с более низкой и развесистой растительностью. Зимний лес похож на сказочную заколдованную страну. Холм, состоящий из осыпающихся острых камней, кажется декорацией для драмы об экологической катастрофе. Упадок деревни с местными обитателями смотрится как телерепортаж о вымирающих аборигенах Севера. А все вместе напоминает притчу о долгих похоронах живой молодой женщины – без убийства, без гроба, без объявления смерти. Смешивая разные стилистики и жанровые нюансы, Шарунас Бартас снимает кино про то, как посюсторонний мир превращается для человека в потусторонний. Екатерина Сальникова
Независимая газета, 14 мая 2002 г. Дружба сбоку ЕвропыВчера в Центральном доме кинематографистов открылся 6-й Форум кинематографий стран СНГ, Латвии, Литвы и Эстонии. В его программе – новые игровые, документальные, анимационные фильмы, ретроспективы, дискуссионный клуб «Евразия». АНДРЕЙ ПЛАХОВ предлагает рассматривать это кино в более широких рамках постсоцалистической Восточной Европы. Главный инициатор и организатор форума – Конфедерация союзов кинематографистов. Российский союз приостановил членство в конфедерации и ведет с ней юридический спор не только правовыми, но и силовыми методами – конфедерацию лишили жилплощади в здании на Васильевской. Несмотря на это, форум проходит именно там: даже самые ярые оппоненты не решились воспрепятствовать демонстрации дружбы кинематографических народов. На пресс-конференции перед открытием много говорилось о позитивном опыте форума, некогда проходившего в рамках Московского кинофестиваля, но потом отделившегося от него. Говорилось также о предстоящих премьерах: среди них фильмы «Шум ветра» украинца Сергея Маслобойщикова, «Не плачь» казаха Амира Каракулова, «Симфония безмолвия» армянина Вигена Чалдраняна. В первый же день разгорелся спор по поводу картины Юрия Ильенко «Молитва за гетмана Мазепу», не включенной в программу. Видимо, организаторы сочли ее слишком провокационной для мероприятия, призванного запечатлеть культурную общность. И желающим придется дожидаться российской премьеры скандального фильма на фестивале в Сочи. Зато на форуме можно будет познакомиться с творчеством Шарунаса Бартаса (Sarunas Bartas) – 38-летнего режиссера из Литвы, пользующегося европейской известностью, но почти незнакомого нашей публике. Фильмы Бартаса – реликтовый образец авторского кино. Так называемая смерть автора была повсеместно декларируема в середине 80-х годов и не случайно совпала с двумя событиями. Первое – реальный уход из жизни Андрея Тарковского. Второе – крах соцлагеря и падение железного занавеса. Политическая стена рухнула – культурные границы остались, как и стремление их преодолеть. Конечно, кино в Восточной Европе и бывшем СССР переживает трудные времена. Конечно, прогрессивной и радикальной новой волны, которой ждали из этого региона, так и не возникло. Конечно, обретенная свобода оказалась ловушкой, в которую попались многие: недаром последняя картина Бартаса называется «Свобода» и полна размышлений на эту скользкую тему. И все же в Восточной Европе появились немногие имена, сформировались и закалились художественные личности. Так и Шарунас Бартас сумел аккумулировать энергию традиций разгромленной в свое время 2литовской школы», свести ее воедино с современным авторским видением мира, все еще проходящего драматическую стадию рубежа веков. Более того, он повернул стереотип восточноевропейского кино, охваченного мистицизмом, символикой, унынием и ностальгией, в сторону европейской ментальности. Почти языческие символы сочетаются у кинопоэта из Литвы с рациональной скупостью выразительных средств. Возможно, потому, что его родная Литва – это еще не Запад, но уже не Восток, не центр цивилизации, но все же Европа. Смотря один за другим фильмы Бартаса, видишь, что «исторический прогресс» в нашем регионе оставил лишь индивидуальные оазисы чувств, влечений, рефлексий в огромной «сталкеровской» зоне. Эти оазисы обозначены в фильмах Бартаса: «Дом», «Нас немного», «Коридор», «Три дня» (в последнем случае герои ищут убежища в порту бывшего Кенигсберга). Идея убежища – именно убежища, а не бегства – одна из ключевых в мире Бартаса. Фильмы Бартаса отмечены явным влиянием Тарковского. Но никакого эпигонства, полный разрыв с литературными атавизмами, чистый киноязык почти без слов. Тарковскому, кстати, сегодня подражать не стесняются ни Ларс фон Триер (Lars von Trier), ни Том Тыквер (Tom Tykver), ни Лео Каракс (Leo Carax). Если в России его как эстетического «беса» изо всех сил изгоняют молодые кинематографисты, то в Европе последнего кинопророка приняли как своего. Бартас в том числе. Его фильмы, вполне конвертируемые на Западе, воплощают генетический код, глубинную суть феномена постсоциалистического кино. Само оно погибло в ходе капиталистической революции, но дало огромный импульс всей Европе. Это кино порой страдает в сюжете и жанре, но не гонится тупо за Голливудом, а берет интенсивностью и силой эмоций. Андрей Плахов
газета «Коммерсантъ», 8 мая 2002 г.
«Догма» возрождается на ВостокеВчера в столичном Доме кино завершил свою работу VI Форум кинематографий стран СНГ и Балтии. Это один из интереснейших профессиональных киносмотров России и всего постсоветского пространства. Задавшись благородной задачей – продемонстрировать картину текущего кинопроцесса в странах, означенных в его названии, форум раз за разом предъявляет своим преданным зрителям настоящие «алмазы», но и сам кинопроцесс отслеживает зорко и внимательно. В каждой из программ – анимационной, документальной, игровой – были свои достижения. И главным открытием оказалась лента казахского режиссера Амира Каракулова «Жылама» («Не плачь!»). Вдохновляясь идеями Ларса фон Триера, режиссер с Востока создал не фильм по «Догме» (некоторые расхождения с «догматическим» «Обетом целомудрия» все-таки наличествуют), но возродил сам дух этого направления, тогда как на Западе «Догму» слишком быстро сделали всего лишь новомодным «эсперанто» киноязыка, актуальной кинематографической стилистикой, и только. Картины подобного уровня, понятно, встречаются редко, но приятно удивили теплотой, доверием к повседневности, вниманием к жизни фильмы узбекской программы «Танец мужчин» (реж. Ю. Разыков) и «Мамочка» (реж. З. Мусаков и Б. Одилов). Нынешний год – год Украины, и форум отдал дань этому обстоятельству, однако не только объемная украинская ретроспектива, но и новая работа Сергея Маслобойщикова «Шум ветра» задавала тон в программе. Благодаря форуму зрители также могли познакомиться с новыми лентами признанных мастеров – Валерия Ахадова («Подмосковная элегия»), Валерия Рыбарева («Прикованный»), Владимира Савельева («Тайна Чингисхана») – и молодых кинематографистов. А отношения разных поколений стали темой «круглого стола» в рамках дискуссионного клуба «Евразия» под водительством Кирилла Разлогова. Другим событием стал «круглый стол», посвященный ретроспективе литовского режиссера Шарунаса Бартаса, одного из самых самобытных и успешных кинематографистов евразийского пространства. Форум предъявляет безусловные достижения, а потому нельзя не пожалеть иной раз о его камерности: зрительское соучастие могло бы отшлифовать иные работы до кондиции подлинных «бриллиантов». Но это – задача критики, прокатчиков и других фестивалей. Анастасия Машкова
газета «Культура», 16 мая 2002 г.
|
VI форум. 2002 г. 